Считанные дни остаются до начала нового учебного года. Готовится к нему и Кохтла-Ярвеская гимназия для взрослых, для которой это будет 69-й учебный год, а для её директора Валентины Лаусмаа – нашего сегодняшнего собеседника — 19-й год в этой должности (вообще-то она занимает директорский пост уже в течение 28 лет).

— Прежде, чем говорить о предстоящем учебном годе, каковы итоги года закончившегося?

— Но в июне он ещё официально не закончен, продолжается до 31 августа. И в это летнее время предоставляется дополнительная возможность всем, кто по каким-то уважительным причинам – состоянию здоровья, из-за занятости на работе, рождению ребёнка, службы в армии — не успел ранее выполнить все задания и получить все оценки, доделать требуемое, устранив задолженности. И уже на последнем августовском педсовете будем принимать решение о переводе в следующий класс или отчислении, если ученик всё же не справился, ведь в гимназии на второй год не оставляют. Но педсовет может принять решение и об индивидуальном продлении учебного года для таких учеников на 1-2 месяца… Хотя, конечно, есть и итоги. Например, сдачи государственных экзаменов. Несмотря на  три коронавирусных года, завалов нет: все  20 выпускников (13 – русскоязычное отделение и 7 – эстоноязычное) их сдали. По эстонскому языку как второму – средний балл 55. Сдавали 13 человек: получили категорию «В-2» – 6 человек. Английский язык: «В-1» — 5 человек, «В-2» – 4 человека из 13 русскоязычных  выпускников. Одна ученица сдавала экзамен электронно на Кембридж-сертификат,  получила «С-1», набрав 100 баллов из 100 возможных. Ещё один человек сдавал немецкий язык на Гёте-сертификат, получил «В-1». На эстоноязычном отделении один человек сдавал на сертификат русский язык. И тоже успешно.  По математике результаты слабее. Если на русскоязычном отделении — 47-53 балла, то на эстоноязычном – значительно ниже. К сожалению, из государственных гимназий, в том числе и в 12-й класс, к нам приходят ученики, не имеющие соответствующей базы по математике, с негативными оценками. Эти пробелы устранять нам сложно, даже с учётом дополнительных занятий. И в нынешнем учебном году у нас есть медалист, как и в предыдущие годы были и золотые медалисты, а в этот раз серебряный – Виктория Коткова. В течение двух лет она участвовала в уездных олимпиадах по биологии, поступила учиться в Тартуский университет. Ещё одна выпускница – Виктория Егерева — в Тартускую высшую художественную школу «Палас», а Катрина Лукк – в Таллиннскую высшую медицинскую школу… Вообще-то, наши выпускники нередко поступают в высшие учебные заведения.

— Проблемы с математикой повсеместные – и в основных школах, и в гимназиях, не потому ли, что у нас в стране на первом месте изучение эстонского языка, но не математики?

— Тут, конечно, негативно повлияли три коронавирусных года, когда учились дистанционно. Хочу ещё раз сказать, к нам приходят ученики, у которых очень слабая основа, нет базовых данных, многие даже не знают таблицу умножения. Во многом повинны здесь гаджеты – ученики не умеют без них, самостоятельно, считать.

— Эти три коронавирусных года, какими они были?

— Сложными, было трудно всем – и ученикам, и учителям: учились и учили дистанционно. Проходили видеоуроки,  видеоконсультации. В связи с тем, что у нас, к счастью, не было массовых заболеваний среди учеников, как и учителей, то разрешалось обучение 2х2,  когда в классе два ученика и дистанция – 2 метра. В таком случае, приходили в основном те ученики, кому нужны были индивидуальные консультации, и у кого были вопросы, которые не удавалось решить дистанционно. И в коронавирусное безвременье мы предоставляли все возможности для учебы, окончания гимназии. Хотя, безусловно, коронавирус внёс большие сбои в учебный процесс, например, в последнюю субботу каждого месяца у нас был день консультаций и приёма зачётов для тех, кто не имел возможности приходить на занятия в рабочие дни, но и это пришлось отменить. В 2019 -2020 учебном году 12-й класс из-за коронавируса государственные экзамены не сдавал, выпускники получили свидетельство об окончании гимназии на основании курсовых оценок. В 2020-2021 году – выборочно, по желанию: кто хотел,  тот сдавал. В этом же году, 2021-2022, сдавали все. Не дай бог, чтобы снова был коронавирус, пандемия. Этот кошмар. И снова пришлось бы учить и учиться дистанционно. Но удавалось нам продолжать участвовать и в проектах. В частности, 6 лет гимназия участвовала в проекте «Обратно в школу» – возвращение в школу тех, кто по каким-то причинам её бросил, не доучившись. В рамках этого проекта были и учебные поездки, как и выездные языковые клубы,  что позволило расширить словарный запас (все мероприятия проходили на эстонском языке), как и кругозор по некоторым предметам – истории,  биологии. Мы посетили в этом году,   например, Музей здоровья в Таллинне, как и бывшую Балтийскую электростанцию, нынешний  музей, где ставили опыты, увидели и звёздное небо в обустроенной там обсерватории. Побывали в усадьбе-мызе Палмсе, а также в Нарвском музее-крепости…

— Ученики – обычно кохтлаярвесцы?

— Со всего Ида-Вирумаа. Привлекает наша гимназия и тем, что у нас два отделения – эстоноязычное и русскоязычное, где обучение проходит, согласно государственной программе, — 60х40.

— Не обижает ли, что зачастую вашу гимназию называют исправительным учреждением, когда говорят в государственной гимназии или основной школе неуспевающему ученику: получил двойки, иди в гимназию для взрослых, там вас всех выучат?

— Нет, не обижает. Да и мы – не исправительное учреждение, а своего рода последняя инстанция, где человек может получить основное и гимназическое образование.

— Каковы причины, когда приходят учиться ученики из других основных школ и гимназий?

— Они – разные, у каждого – своя, но в основном кто-то ранее по сложившимся жизненным обстоятельствам не смог получить основное или среднее образование, а теперь осознал, то надо учиться,  а от кого-то требует среднее образование работодатель, у кого-то не сложились отношения с учителями или одноклассниками, кто-то просто не хотел учиться, кто-то стал молодой мамой, а кто-то по состоянию здоровья, по семейным обстоятельствам.

— Отчисления бывают?

— К сожалению, бывают. Например, когда человек приходит к нам, думая, что здесь делать нечего, что получит документ об образовании автоматически. Появляется 1 сентября и исчезает надолго. А ведь,  согласно закону о нестационарной форме обучения, если ученик в течение 5 недель не приступает к учёбе и у него нет оценок,  – он исключается. 

— Со скольки до скольки открыта дверь гимназии?

(Улыбается.) Как помещение, то 24 часа в сутки. У нас бывает и так: выполнил ученик дома самостоятельную работу, но ему к 8 часам утра на смену, которая длится по 12 часов, а как же сдать её на проверку, звонит-договаривается с учителем, что оставит работу у нашего  администратора. Даже, если ученик и в 6 часов утра идёт на смену, то может занести свою выполненную работу и отдать администратору, а он уже передаёт учителю. Учитель проверяет эту работу, звонит ученику, что оставил проверенную работу у администратора — и её можно будет забрать в подходящее для ученика время. То есть,  мы всегда идём навстречу нашим ученикам – создаём для них все необходимые условия, чтобы они могли сочетать учёбу с работой. У нас же взрослые ученики, работающий народ —  к каждому индивидуальный подход. Есть у нас на сайте вся учебная программа, темы уроков, задания из учебника — номер такой-то… Очень много самостоятельной домашней работы, но контрольные работы пишут в стенах гимназии. Как и защищают самостоятельно выполненные работы. У нас в гимназии никто с кнутом не стоит над учеником – в основном все ученики знают, зачем они сюда пришли – пришли за знаниями, образованием,  получением документа об основном  или среднем образовании, знают, что это выполнимо в том случае, если выполнишь  программу,  сдашь экзамены, а для этого надо трудиться.

— Посещение свободное?

— Это планируют сами ученики, но должны выполнять все контрольные работы. И, как я уже сказала, если в течение 5 недель не посещал занятия без уважительной причины, не выполнял требуемые работы – всё, свободен: идёт отчисление. В Эстонской Республике гимназическое, среднее, образование не является обязательным — это выбор, цель, желание самого ученика. Но, всё же, и здесь предоставляем, так сказать, последний шанс – написать контрольную работу по тем темам, которые прошли, когда он не посещал занятия (возможно, ученик занимался дома самостоятельно).

— Есть отличие или у вас такие же предметы, как и в обычной гимназии?

— Почти все (14 предметов), кроме физкультуры и трудового обучения. И поменьше предметов по выбору. В то же время, у нас такие предметы по выбору, которые мы считаем необходимыми, например, правоведение (основы государства и права), культурный идентитет…

— Всё же, в основном учатся люди семейные?

— Да. И тут очень важна поддержка семьи, но, к сожалению, всё бывает и наоборот. Например, у нас учился мужчина (в семье которого было двое детей) с 7 класса, но жена поставила условие: или школа, или развод, а он дошёл уже до 10 класса, четвёртый год учился. Они приходили ко мне вместе, когда жену всё же удалось уговорить, чтобы он окончил 10-й класс, а 11-й и 12-й — она не согласилась. То есть, среднее образование, которое он очень хотел получить, так и не получил. Бывают случаи, когда бросают учёбу из-за ревности мужей-жен, которые даже приходят проверять, на занятиях ли жена-муж.

— В отличие от государственной гимназии, у вас же есть и основная школа?

— Это седьмые, восьмые, девятые классы. Но в нынешнем учебном году – восьмые и девятые, младше не было.

— И много ли таких учеников?

— Восемь: 6 – восьмиклассников и 2 – девятиклассника. Класс был слитный. Оба девятиклассника (один мальчик учился у нас с седьмого класса) окончили 9 классов, успешно сдав экзамены. И это радует, они смогли получить обязательное основное образование. В основную школу, согласно закону, принимаем на учёбу с 17 лет, но  может быть и моложе – с 15 лет,  если есть направление от «Rajaleidja». В среднем, с учетом и основной школы, у нас учится 150 человек.

— А на предстоящий учебный год – уже поступили заявления от желающих учиться в основной школе?

— На сегодня пока нет ни одного заявления. Самое сложное для нас – кто придёт в 10-й класс, потому что все они разные, имеется в виду и по возрасту, и по уровню образования. Одни – уже работающие люди, другие – ученики. Заявления уже принимаем, но ещё больше поступает звонков. В том числе и от родителей.

— Коллектив, каков он, глазами её руководителя?

— У нас 37 человек, 26 из них — учителя.  Педагогический состав стабильный, текучки кадров нет, но всё равно кто-то уходит в декрет, кто-то на пенсию… То есть, приходят и молодые учителя. Но их мало, большинство учителей работает по 16-19 лет. У нас нет урокодателей, у нас все – именно учителя. Наши учителя понимают-выполняют свою миссию,  именно высокую миссию учителя. Все магистры, все носители языка. Нет у нас и межнациональных трений. Наши учителя и своего рода психологи – им ученики рассказывают-доверяют такие вещи, что, может быть, своим близким не говорят, имею в виду, и семейные проблемы. Очень довольна своим коллективом.

— Действительно ли, что ваша гимназия проводит обучение в Вируской тюрьме?

— Уже седьмой год. Занятия проходят там, на месте, в течение всей рабочей недели, в то время, как в нашем здании – 4 раза в неделю. Там есть основная школа и гимназия. Обучение ведётся только на эстонском языке. В числе преподавателей – не только наши учителя, но и других школ. Учебная программа точно такая же, выполняют творческие и исследовательские работы, точно так же защищают их, они сдают те же самые экзамены. Ничего отличного от обычного учебного процесса там нет. Просто занятия проходят в стенах тюрьмы.

— Обычно к началу нового учебного года проводятся косметические ремонты в учебных заведениях, и у вас тоже?

— Ремонта у нас не было, хотя на 2 этаже требуется капитальный ремонт. Но его не делают, так как нашу гимназию уже в течение нескольких лет собираются перевести в другое здание, но куда – пока неизвестно. Нас же устраивает и это, старое, здание – небольшое, компактное. Двухэтажное. Все вмещаемся. Оно энергосберегающее, у нас маленькие счета за отопление. Вообще-то, материальная база у нас неплохая. Есть всё: в достаточном количестве, в том числе,  компьютеры и ноутбуки. Как и учебная литература (у нас своя хорошая библиотека), причем она у нас на двух языках – эстонском и русском. Есть и дублирующие учебники – на двух языках. Учебников у нас достаточно, поэтому их можно брать на дом и приносить затем в класс на занятия не нужно – здесь тоже есть учебники.

— Можно ли сказать, что Кохтла-Ярвеская гимназия для взрослых уже готова к новому учебному году?

— Можно, но есть одна большая проблема: нужны учителя по английскому языку, математике, предметам естествознания – химии, физике, биологии, географии. Ищем их с апреля, разместив объявление в Интернете, как и через Кассу страхования от безработицы. 

— Но если нет учителей, как же начинать новый учебный год?

— Найдём выход — у нас есть варианты. Учителей нет, их просто нет в наличии.

— Сейчас всё больше случайных людей, абы кто, пройдя краткий курс переподготовки, работает в школе учителем. Но какое качество знаний может дать ученикам переучившийся в учителя по биологии бухгалтер?

— Тут всё сложно. С одной стороны, сейчас призывают приходите в школу кто угодно, а, с другой стороны, есть профессиональный стандарт специальностей, чему учитель должен соответствовать. Не понимаю и того, может, я стагнат, сейчас Тартуский университет готовит универсальных учителей, например, учитель по предметам естествознания, который, получается, может вести и химию, и физику, и биологию, и географию, отучившись на магистра 5 лет. А раньше, в оккупационное время, Тартуский университет готовил учителей отдельно, по каждой из этих специальностей, по 5,5 лет.

— Государство приняло решение о полном переводе обучения на эстонский язык: реально ли это за столь короткий срок, в том числе и для вашей гимназии?

— Конечно, планы строить можно, планы строить нужно, но планы должны быть реальные. Я считаю, что для перехода требуется, во-первых, методика (общей методики и сейчас нет, у каждого учителя она своя, в зависимости от его творчества), во-вторых, учебники (их издать можно), в-третьих, самое главное — кадры. Ведь не каждый носитель эстонского языка является учителем, не каждый носитель языка может быть учителем. Когда говорят, что можно за полгода или год переучиться на учителя – звучит несерьёзно. Я учитель по математике, училась в Ленинградском педагогическом институте имени А. И. Герцена пять с половиной лет.

— Поступили ли из Министерства образования  какие-то новые рекомендации на предстоящий учебный год – грядут ли нынче изменения?

— Пока никаких нововведений нет.

— Невозможно не обратить внимание на картину на стене в вашем кабинете, она ведь своего рода символическая: нос корабля, плывущего по безбрежному морю: и ваша гимназия для учеников, бывших и нынешних, – своеобразный корабль, помогающий уверенно плыть по волнам жизни?

(Улыбается.) И не только. Её мне на юбилей гимназии подарил наш коллектив как капитану команды, означая (улыбается), что все мы находимся в одной лодке, то есть, на корабле.

— Что вам хотелось бы сказать тем людям, которые до сих пор не смогли получить среднее, как и основное, образование?

— Главное не надо бояться. Когда к нам приходят, особенно те, кому плюс-минус 40 лет, которые понимают, что необходимо  учиться, но есть боязнь, страх, то обычно говорят-спрашивают: ой, я ничего не знаю; я всё забыл; а вы к доске будете вызывать; а много ли человек в классе;   а там, наверное, молодые все; а как я там буду выглядеть… Надо преодолеть внутренний психологический барьер. Вы придёте, а всё остальное уляжется,  образуется само по себе — и сами будете выходить к доске. Вас никто не станет осуждать ни в глаза, ни за спиной, что вы чего-то не знаете, не умеете – мы для того и работаем, чтобы дать вам знания – образование. Вы же приходите к доктору, если у вас какая-то проблема, страшно-не страшно, но вы хотите лечиться, вы должны ему обо всём рассказать и доктор будет вместе с вами вам помогать. Точно так же и здесь: особенно, если человек долго не учился… Но приходят и родители, тревожатся: это же для взрослых; скажите, там все очень возрастные, а моему ребёнку 16 лет, его там никто обижать-то не будет; нет ли у вас наркоманов; не приходят ли сюда пьяные. Страхи разные и их очень много. Самое трудное – первый месяц, а там – страхи уйдут.  Приходите все, мы ждём всех, как я уже сказала,  учебный процесс у нас — индивидуальный к каждому ученику.

Антонина Васькина
Фото автора

Подписывайтесь на наш Telegram-канал и следите за новостями Ида-Вирумаа