Бывает же так, что у ребенка и папа, и мама – оба среднего рода. Между прочим, это не то, о чем вы сразу подумали. Однако некоторых детей воспитывает ОНО. Государство. ОНО девочке или мальчику и отец, и мать.

Есть дети, у которых на этом свете нет родных пап и мам. У одних они умерли, а другие дети стали сиротами при живых родителях. И ответственность за них берет на себя ОНО. Государство. И защищает их от различных угроз, которыми, увы, полна современная жизнь. И такое происходит не только в Эстонии, но и во всем мире.

В канун Дня защиты детей Эстонская Ассоциация социальных работников ESTA ежегодно проводит конкурс на звание лучшего социального работника. По итогам этого конкурса, в номинации «Лучший защитник прав ребенка 2019 года» победила Алена Казакова – главный специалист по защите прав и интересов детей Кохтла-Ярвеского городского управления. В условиях изоляции, вызванной пандемией коронавируса, президент страны Керсти Кальюлайд и министр социальных дел Эстонии Танель Кийк через Интернет тепло поздравили победителей, передали им благодарность и пожелание дальнейших успехов. Ассоциация ESTA по почте отправила лучшим работникам года благодарственные письма и памятные знаки. Получила такие свидетельства победы и Алена Казакова. В родном городе победительницу поздравили заместитель мэра Кохтла-Ярве Нина Алексеева и коллеги — социальные работники городского управления.

«По той или иной причине»

Пять лет Алена Казакова работает в должности главного специалиста по защите прав детей Кохтла-Ярве. Так что День защиты детей – это и ее праздник. Дело это трудное и деликатное, и говорят о нем социальные работники, связанные с детьми, очень осторожно. Вот что рассказала Алена Казакова.

— Я занимаюсь детьми, которые по тем или иным причинам, остались без родительского по-печения. Бывает, что родители не справляются со своими родительскими обязанностями…

— Что это означает?

— У некоторых отсутствуют социальные навыки, их никто не научил правильно обходиться с детьми. Некоторые подвержены алкоголизму и наркомании, что сказывается на детях.

— Если положить на одну чашу весов алкоголь и наркотики, на другую – иные причины отсутствия родителей у детей, что перевесит?

— Я бы сказала, что чаши уравновесятся: 50 на 50. Если у детей нет ближайших родственников, которые смогли бы дать надлежащую заботу и воспитание, то суд принимает решение о передаче ребенка в детский дом. На первом месте стоят интересы ребенка, поэтому его мнение для нас очень важно. Мы обязаны поместить детей в безопасную среду. Несколько лет назад в Кохтла-Ярве закрылся детский дом, ему на смену пришли детдома семейного типа – так называемые «детские деревни». Приемные родители, у которых несколько детей, образуют семью, в которой мальчики и девочки получают заботу, приобретают социальные навыки самостоятельной жизни. Кохтла- Ярвеская горууправа купила несколько многокомнатных квартир, в которых расположены такие семьи.

— А если вы понимаете, что родители, у которых изъяли детей по их вине, смогу встать на путь исправления?

— Мы помогаем таким родителям: составляем им план действий по социализации, поддерживаем их общение с детьми, которые оказались в детском доме или опорной семье. Однако все жизненно важные для детей вопросы – образование, здоровье, безопасность, развитие кругозора – решает государство в лице города.

— Алена, вы работаете в области защиты прав ребенка пятый год. Можете охарактеризовать тенденцию: растет или уменьшается число детей, оставшихся без попечения родителей?

— Когда я пришла на работу, было значительно больше детей, родителями для которых стало государство. Сейчас это количество уменьшается.

— О чем это говорит?

— О том, что мы очень плотно работаем с семьями. В центре внимания нашей работы – предупреждение лишения родительских прав. Работаем, чтобы не довести ситуацию до крайних мер.

— Алена, конкурс, где вы победили в своей номинации, посвящен Дню защиты детей. А от чего, на ваш взгляд, нынче надо защищать детей, в чем вы видите главную опасность, подстерегающую детей XXI века?

— У них масса проблем. Многие недополучают внимания со стороны родителей, родители их не слышат, не хотят с ними считаться. Отсюда ситуация, когда у детей, особенно подростков, депрессивное состояние.

— Вы как-то обмолвились, что есть дети, которые не посещают школу. Это в наше-то время есть такие дети?

— Есть. Эта беда идет из семьи, в которой наплевали на закон, говорящий, что образование до 9-го класса включительно — обязательно. И тогда специалисты по защите детей вмешиваются и добиваются того, чтобы ребенок начал посещать школу.

— В прежние времена, так сказать, при «старом режиме», не дай бог, ребенок не ходит в школу! Тут же вмешиваются партком-местком, профсоюз, милиция, папа и мама получают клизму – «полкило патефонных иголок на ведро скипидара», и начинают заниматься своими детьми. А сегодня есть механизм влияния на родителей со стороны Закона? Родители как-то отвечают за ненадлежащее воспитание детей?

— Какого-то такого наказания нет…

И Алена смущенно опустила веки, давая понять, что современные реалии цивилизованного демократического государства таковы, что ОНО, государство, вместо того, чтобы жестко спросить с нерадивых пап и мам, само становится детям родителями, беря тем самым ответственность за их будущее на себя.

Великий сатирик советского времени Аркадий Райкин в своем монологе как-то подметил: «Не хочет думать оно, Районо. Вот то-то и оно». У нас – наоборот: ОНО – гороно, думает о детях больше, чем некоторые родители. И, увы, еще долго будет востребована профессия «специалист по защите детей». Такова современная реальность. И славно, что лучший специалист в этой области работает в Кохтла-Ярве.

Евгений Капов
Фото автора

Подписывайтесь на наш Telegram-канал и следите за новостями Ида-Вирумаа