Конечно, права народная мудрость, утверждающая, что лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным. Термин «здоровье» применим не только к отдельному человеку, но также и к обществу. Бывают здоровыми или нездоровыми отдельные сферы общественной жизни. Может заболеть и экономика. В феврале наступившего года главный работодатель Кохтла-Ярве – сланцехимический концерн Viru Keemia Crupp (VKG) в очередной раз признался в том, что опасается за здоровье своего производства сланцевого масла из-за возможного повышения экологических налогов. И это, между прочим, не первый раз, когда сланцехимики подают сигнал SOS. Такая же история была шесть лет назад, но тогда руководителям сланцевых отраслей удалось убедить правительство в опасности такого повышения налога, чреватого закрытием мощностей и резкому росту безработицы. Но вот в Эстонии опять поменялось правительство, и опять заговорили о возможном сворачивании производства сланцевого масла из-за высоких налогов. А тут еще возникла необходимость всерьез говорить о здоровье персонала. Пандемия ведь не обошла стороной предприятие, от деятельности которого зависит и жизнеобеспечение страны, города.

Еженедельник «Панорама» попросил специалиста по коммуникациям концерна VKG Ирину Боенко ответить на вопрос «Как здоровье», в широком понимании этого слова – и персонала, и экономики.

– Госпожа Боенко, какие меры на предприятии принимаются в рамках борьбы с пандемией?

– На сегодняшний день у нас 12 активных случаев заболевания COVID-19 среди работников. Уже более полугода мы проводим активное тестирование сотрудников – и при возникновении симптомов или если сотрудник находился в близком контакте с заразившимся. В таких случаях мы направляем работника на тестирование. Мы являемся производственным предприятием, оказывающим жизненно важные услуги, поэтому для нас здоровье персонала и бесперебойная работа являются первоочередной задачей. Массовое тестирование относится к профилактическим мерам, которые мы реализуем, прежде всего, для уменьшения распространения вируса и выявления бессимптомных больных. Известно, что симптомы при этом заболевании проявляются не всегда. Несмотря на это, носитель вируса заразен и может по незнанию вызвать вспышку заболевания. Следует также учитывать, что инфицированные могут передавать вирус другим людям примерно за один-два дня до появления симптомов. Учитывая активное распространение вируса как на государственном, так и на региональном уровне, риск появления очагов на рабочем месте очень высок. Мы используем все возможные методы для защиты здоровья наших людей и ограничения распространения вируса. Поэтому действительно некоторые наши работники проходили процедуру тестирования уже несколько раз.

Что касается добровольного вакцинирования работников, то мы по-прежнему заинтересованы в приобретении вакцины для наших работников, о чем известили в конце прошлого года и министерство. Как мы знаем из новостей, сейчас на государственном уровне проводится вакцинация работников так называемой первой линии, представителей групп риска, учителей. Мы надеемся, что работники, отвечающие за оказание жизненно важных услуг, получат вакцину в обозримом будущем, что же касается остальных, то мы готовы предоставить данную возможность, как только вакцина будет доступна для массовой вакцинации.

– Со здоровьем коллектива VKG более или менее понятно. Теперь – о «здоровье» экономики.

– Хорошо. Перейдем к решению правительства прекратить обогащение сланца к 2040 году. Опасение, высказанное председателем правления Ахти Асманном в средствах массовой информации, ни в коем случае не является попыткой угрозы или шантажа. Мы всего лишь пытаемся привлечь внимание правительства к рискам, которые существуют сегодня, и последствиям от неправильных решений, хоть и проявятся они в течение 5 – 10 лет, но будут очень масштабными. И пример недооцененного риска есть в совсем недавней истории – в 2017 году, когда правительство поддержало регуляцию, направленную на увеличение налога на выбросы CO2, и всего за один год производить электроэнергию стало невыгодно. Подобных рисков при правильном анализе и подходе можно избежать. Мы призываем правительство относиться к рискам более ответственно, чтобы вместо лозунгов вопросы решались по существу, чтобы оставалась свобода предпринимательства. Мы считаем, что в промышленности упор нужно делать на создание нового, а не на уничтожение успешно работающего и приносящего в государственную казну налогов более чем на 120 миллионов евро в год. Налоговая нагрузка концерна в прошлом году составила 36,3 миллиона евро, из которых 10 миллионов составили платы и налоги за окружающую среду и почти 19 миллионов – налоги на рабочую силу.

Мы считаем, что нужно брать пример с других европейских стран, и дать двум системам работать параллельно – постепенно переходить от фоссильных источников к возобновляемым. Мы не видим причин отказываться от производства сланцевого масла на 10 (!) лет раньше. Можно брать пример с Дании, которая не планирует отказываться от добычи нефти до 2050 года, или с Польши – отказ от древесного угля запланирован на 2049 году. Если же правительство считает 2040 год единственным вариантом, тогда уже пример нужно брать с Германии, где предусмотрены механизмы компенсаций для предприятий в размере 40 миллиардов евро на 20 000 рабочих мест.

Мы экспортируем сланцевое масло в качестве судоходного топлива на мировые рынки, где сегодня отсутствуют «зеленые» альтернативы фоссильным топливам, спрос на сланцевое масло растет и будет продолжать расти в ближайшие 20-30 лет. К этому нужно еще добавить и тот факт, что по данным проведенного KPMG Baltics подробного исследования, выяснилось, что производство сланцевого масла в следующие двадцать лет может принести Эстонии более 8,2 миллиарда евро национального богатства, – сказала Ирина Боенко.

Кто старое помянет

Судя по публикациям в прессе, Ахти Асманн утверждает, что увеличение «углеродного» налога сможет уничтожить 1600 рабочих мест. А ведь в недалеком прошлом уже было, когда из-за выросшего налога на охрану природы стало невыгодно продолжать работу на старой фабрике сланцевого масла. Тогда под сокращение попали 300 человек. Но все же правительство вовремя «включило голову», пошло на уступку сланцевой отрасли. Но тут нежданно-негаданно в Эстонии пришло новое правительство, и вновь зазвучали «старые песни о главном». Опять же обратимся к народной мудрости, которая гласит: «Кто старое помянет, тому глаз вон». Эта поговорка имеет и продолжение: «а кто забудет – тому оба».

Так вот: нынешняя министр финансов Кейт Пентус-Розиманнус в 2014 году была министром окружающей среды. 29 октября телеканал LiTes задал ей несколько вопросов. Вот фрагмент из этого сюжета. Госпожа министр вещает:

«Решением Министерства окружающей среды, в нашем государстве запланировано повышение экологических налогов с 2016 года с 3 до 6 процентов. Целью данного решения является, в первую очередь, улучшение состояния окружающей среды, в том числе, и в Ида-Вирумаа. Сейчас поднимается вопрос о будущем сланцеперерабатывающей отрасли. По мнению промышленников, поднятие налогов может негативно отразиться на всем сланцевом секторе. В свою очередь, Министерство окружающей среды придерживается обратного мнения».

А еще одна народная мудрость утверждает, что на ошибках учатся. Только умные учатся на чужих ошибках, а «альтернативно одаренные» – на своих.

Евгений Капов
Фото автора

Подписывайтесь на наш Telegram-канал и следите за новостями Ида-Вирумаа