Как нерешённые вовремя логопедические проблемы могут сказаться на всей жизни человека, в том числе и на плохой успеваемости ребенка в школе, – об этом, и не только об этом, в интервью с Татьяной Варью, известным логопедом в Ида-Вирумаа.

– Нынешнее ваше постоянное место работы – Йыхвиская русская основная школа?

– На сегодня, да. Но до этого работала в разных местах: в этой профессии уже 46 лет. Стать логопедом – моя детская мечта. После окончания педагогического института в Санкт-Петербурге (тогда это был Ленинград), факультета дефектологии (по профессии я логопед-спецпедагог), согласно распределению, два положенных года отработала в Ленинградской области, а в 1977 году переехала в Кохтла-Ярве, к мужу, и стала работать в обслуживающем все школы логопедическом кабинете при городском отделе народного образования. Было там два логопеда – русский и эстонский. Мы посещали все школы, вели проверку детей. И тем, кто нуждался в логопедической помощи, предлагали её, занимаясь с ними. Потом, после реорганизации этого кабинета, перешла работать логопедом в кохтла-ярвеский детский сад «Золотой петушок», но параллельно, по совместительству, – и в Таммикуской гимназии. Детский сад и гимназия находились рядом, через дорогу, – мы прекрасно сотрудничали.

– Получается, весь ваш профессиональный путь связан с детьми?

– Не только с детьми, хотя, считаю, что дошкольники и школьники – это, всё же, доминирующее в моей работе, хотя есть и соответствующий опыт и со взрослыми, которым требовалась логопедическая помощь после инсультов и аварий – заниматься восстановлением речи. Так что приходилось работать в поликлинике и больнице.

– Безусловно, логопедия – интересная и многогранная работа, но логопеды – не волшебники: не всем ведь можно помочь?

– Помочь можно всем, но на каком это будет уровне – уже другой вопрос, хотя в любом случае – есть польза. Людям, у которых после инсульта или аварии большое поражение мозга, приходится научаться говорить первые слова, начинать их связывать в фразы, более того, пониманием речи: человек видит картинку какого-то предмета, знает этот предмет, но не знает, как он называется, забыл – стёрлось из памяти… Если не восстановить речь полностью, к сожалению, логопед – не бог, но когда человек начинает хотя бы общаться в какой-то мере – это уже большая совместная победа.

– Когда же не удаётся помочь в той степени, в которой хотелось бы, какое у вас чувство?

– Боли. И это помнится многие годы горьким осадком на душе, своеобразным укором.

– Коронавирус связал всё и вся по рукам и ногам, а оказание логопедической помощи?

– К сожалению, и тут коронавирус внёс-вносит свои нежелательные коррективы, но оказание логопедической помощи приостанавливать нельзя – здесь для каждого ребёнка важно не упустить время, особенно, если учесть, что в условиях пандемии мы живём уже второй год. И невозможно второй год оставлять детей без помощи. Поэтому пришлось приспосабливаться, совершенствовать нашу связь-общение: во время дистанционного обучения школьников проводить онлайн-занятия, как индивидуальные, так и по группам, – ни на день они не прерывались, в этом были заинтересованы и дети. Да и родители тоже.

– В каком возрасте лучше обратиться на консультацию к логопеду – начинать оказание логопедической помощи?

– Здесь всё индивидуально, ведь у всех детей абсолютно индивидуальное развитие, но, всё же, возрастные рамки существуют – это 2-3 года. В этом возрасте родителям надо особенно внимательно прислушаться к речи своего ребёнка: в это время должна появляться фразовая речь. Но если в 3 года ребенок не владеет фразовой речью, что и может означать задержку речевого развития, его обязательно надо показать специалисту.

– Как могут сказаться на ребёнке, в том числе и школьнике, не устранённые вовремя логопедические проблемы?

– Например, задержка речи, которая потом трансформируется в недоразвитие речи. То есть, ребёнок плохо произносит звуки, несвязно говорит, у него маленький словарный запас, он грамматически неправильно строит предложения, делает много ошибок при письме, в том числе и в диктантах… Бывает, что ребёнок правильно произносит все звуки, но это не всегда означает нормальное развитие речи. И в таком случае у него может быть недоразвитие речи, когда он не может выразить свою мысль, ему трудно отвечать на уроке, как и что-то рассказать-пересказать, искажает, путает слова, не может произносить длинные слова, ему трудно запомнить стихотворение, да и просто трудно научиться читать-писать, причём, как я уже сказала, писать грамотно. Всё это приводит не только к плохой успеваемости в школе, но и психологическим проблемам, снижению самооценки, – становится бременем на всю жизнь.

– Отсюда, своеобразное резюме: родители ругают ребёнка за неуспеваемость, за двойки-тройки, в то время как в её основе могут быть именно нерешённые логопедические проблемы?

– Именно всё так и есть.

– То есть, во избежание таких печальных последствий, надо, всё же, вовремя прийти на консультацию к специалисту?

– К сожалению, родители нередко это откладывают на потом, считая: всё само, до школы, образуется – израстёт.

– Что самое сложное в работе логопеда?

– Найти индивидуальный подход к каждому ребёнку. При этом, установить психологический контакт, взаимодействие-мотивацию, и применить именно свою методику устранения проблемы. А проблем множество – существующие дефекты ведь разные. Их надо не только распознать, определить, но и устранить, насколько это возможно. Взять, например, дислалию – когда надо поставить звуки, без нарушения фонематического слуха, а есть дислалия – с нарушением фонематического слуха (когда ребёнок не воспринимает звуки), что уже сложнее устранить. Есть дизартрические нарушения – плохо работает язычок и все артикуляционные мышцы, тут требуется уже другая методика излечения; есть аллалия безречевой ребёнок – здесь тоже иная методика; есть ребёнок с общим недоразвитием речи – необходим иной путь исцеления; есть ребёнок с логоневрозом (заикание) – тут своя система… И к каждому ребёнку, к имеющейся у него проблеме, надо подобрать индивидуальную программу занятий, которая обеспечила бы успешный результат. Очень кропотливая работа. Вообще-то, логопед – прекрасная профессия: она позволяет оказывать людям помощь, дарить им будущее, светлое будущее. Ведь скорректированная речь, как и устранение других дефектов, возвращает ребенку роскошь человеческого общения, даёт ему возможность активно жить в обществе, успешно учиться в школе, университете – нормально развиваться, обретя достойную самооценку, во взрослой жизни.

– Сегодня логопеды очень востребованы, но они по-прежнему в дефиците?

– Да, их и сегодня не хватает. Меня радует, что сейчас возрос интерес к профессии логопеда – немало молодых людей хотят стать логопедами, но и настораживает, ведь человек, который хочет стать настоящим логопедом, должен иметь очень многое в своём арсенале: обладать обширными знаниями – педагогика, психология, неврология, дефектология, физиология, языкознание – уметь их синтезировать-применять на практике. Не менее необходимы любовь к детям, добросердечие, терпение, отзывчивость… Мне очень хочется, чтобы они понимали, что это далеко не лёгкий труд. Очень тяжёлый труд. Трудная профессия. Несмотря на внешнюю лёгкость-привлекательность.

– Интересно, людские логопедические проблемы, которые были и в первые годы вашей работы логопедом, и сегодня, – они изменились, или всё те же?

– Те же, но одних стало больше, а других меньше, хотя сейчас логопедическая помощь требуется большему количеству детей, как и взрослых. Изменилось другое – прошло ведь почти полвека – социальные условия, психология человека, в связи с чем, изменился лично мой подход к моим подопечным. Именно я должна меняться, чтобы получился наилучший контакт, взаимодействие, с человеком, которому требуется логопедическая помощь, чтобы мы были на одной волне и могли обоюдно заниматься успешным решением проблемы. Например, обязательно изменять свою методику.

– Вы являетесь членом Объединения логопедов двух городов – Кохтла-Ярве, Йыхви, какова, по-вашему, его миссия?

– У него, на мой взгляд, даже две миссии: профессиональная и общечеловеческая. Мы собираемся, общаемся. Правда, сейчас, в связи с коронавирусом, реже. Но по-прежнему поддерживаем личные контакты друг с другом, что мне особенно нравится. Мы помогаем друг другу, советуемся. Если возник какой-то трудный логопедический вопрос, проблема, то коллективно обсуждаем, ищем решение. Передаём опыт и в том случае, если кто-то на каких-то курсах побывал, что-то новое узнал. Знакомим друг друга с разными пособиями, которые удаётся где-то купить или придумать-разработать самому. Делаем различные презентации. Считаю, что данное объединение – нужное и полезное.

– У вас, известного в Ида-Вирумаа специалиста, огромный опыт, а почему вы не открыли свой частный кабинет – не занялись бизнесом?

– Такой вопрос мне очень часто задают. Это не моё – не могу я на этом строить бизнес. Я ведь человек старой формации: по-иному воспитана – не воспринимаю медицину и педагогику со стороны бизнеса. Я хочу не по-бизнесменски выстраивать отношения, а просто так: пришёл ребенок – я ему от всей души оказываю помощь, и это нас никак материально не связывает. Но развитие частного бизнеса и в логопедии – я приветствую: если есть у кого-то такое желание-призвание, то почему бы этим не заняться.

– На ваш взгляд, какие качества необходимы хорошему логопеду?

– Мы эту тему уже раньше затронули, хотя и косвенно, так что уточняю: любить детей – именно это должно быть во главе угла. И эту любовь к детям я пронесла через всю свою работу – свою жизнь, отношение к ребёнку как к личности… А уже потом, конечно, профессионализм, терпение, доброта, отзывчивость, желание помогать людям… Хочу ещё раз подчеркнуть: особенно требуется высокая профессиональная компетентность, поэтому необходимо много учиться, учиться со всей ответственностью. Моему поколению логопедов повезло – тогда в институте, на факультете дефектологии, преподавали замечательные профессора. И нам посчастливилось получить качественное образование. Считаю, что логопед должен быть с хорошим образованием. Постоянно пополнять свои знания.

– Безусловно, на каждого своего подопечного (ведь полностью, старайся-не старайся, абстрагироваться не удаётся) вы тратите уйму энергии, душевных сил, а где, в чём, вы берёте эти силы, как восстанавливаетесь?

– В первую очередь, на работе.

– Как-то уж очень неожиданно?

– Когда вижу улучшение, хотя бы маленький прогресс, в решении проблемы – успехах ребёнка. А когда удаётся полностью решить проблему – вообще счастье, такой прилив сил! Хотя, конечно, и немножко грустно прощаться со своим, теперь, получается, уже бывшим, уходящим в новую жизнь, подопечным, которых было за эти 46 лет очень много. И детей, и взрослых. Восстанавливаюсь и после работы – в семье. Мой муж, он тоже педагог, мы познакомились в институте – вместе учились, но Владимир – на историческом факультете. Поженились после окончания института – в 1975 году, и всё это время вместе. У нас одна дочь и трое внучек: десятиклассница, первоклассница, а младшей – два годика. Если раньше с удовольствием вязала и шила, то теперь посещаю театры. До коронавируса, мы часто всей семьёй ездили в Санкт-Петербург, я оттуда родом (сегодня там живёт моя сестра и племянница, но родителей уже нет, они ушли), встречались с родственниками-друзьями и, конечно, обязательно бывали в театре. Как и в театре в Таллинне, Нарве, а когда привозит спектакли Йыхвиский концертный дом, то и туда стараемся попасть. Устраиваем мы с мужем и прогулки, не только по улицам Кохтла-Ярве, в котором живём, но и по променаду в Силламяэ, ездим и в сосновый лес – там есть у нас заветные места. По-прежнему люблю читать-перечитывать книги. Есть у нас и дачка, где мы лет 15 очень активно занимались садоводством-огородничеством, вплоть до выращивания арбузов, а потом её забросили, а сейчас возрождаем, чтобы внучки могли по травке побегать, попрыгать на батуте, покачаться на качелях… Так что и там набираюсь сил.

– Возможно, вам хотелось бы сказать что-то родителям?

– Как можно раньше обратиться к логопеду на консультацию, да и потом, в случае необходимости, находить на это время. Обращать внимание на речь ребёнка, не пускать на самотёк, а смотреть, если он не выговаривает звуки, то надо всё исправить до школы: само ведь не образуется. Это надо сделать не только ради его сегодняшнего дня, но и будущего – нерешённые логопедические проблемы негативно скажутся на всей жизни, даже один звук может стать камнем преткновения в карьере, как и в выборе профессии. Обязательно работать над устранением проблемы ребенка в тесном контакте с логопедом, тут должна быть взаимопомощь. И больше тепла, ласки, внимания ребёнку – он в этом очень нуждается. Чаще говорить по душам. Просто – любить ребёнка.

Антонина Васькина
Фото автора

Подписывайтесь на наш Telegram-канал и следите за новостями Ида-Вирумаа