Наступил Новый год! Уже несколько недель продолжается жаркая пора для людей, профессия которых дарить праздник взрослым и детям. Йыулувана, Дед Мороз и Снегурочка — волшебные герои, без которых, вне зависимости от возраста, сложно представить новогодний или рождественский вечер. Видя их, даже взрослый человек расплывается в улыбке. Радость детей вообще не поддаётся описанию. «Кто эти герои, создающие ощущение зимнего чуда, и может ли каждый, надев костюм, стать праздничным волшебником»? В поисках ответа на этот и ряд других вопросов еженедельник «Панорама» в декабре отправился в Йыхви, Кохтла-Ярве и Силламяэ на встречу с теми, кто скрывается под гримом известных персонажей.

В Ярвеской части Кохтла-Ярве в одном из детских садов уже более пяти лет работает учителем известный культурный деятель Павел Шелл. Костюм Деда Мороза сидит на нём как влитой. Павел признался, что вся суть в деталях костюма, дорабатывать который ему помогают, того не осознавая, сами дети.

— После утренника, переодевшись, я вновь встречаюсь с детьми уже в привычном облике педагога и краем уха прислушиваюсь к их обсуждениям Деда Мороза. В этом плане сами дети могут помочь доработать образ. Они обращают внимание на каждую мелочь: какая обувь была надета, виднелись ли под шубой джинсы, кроссовки или другие нехарактерные для Деда Мороза элементы одежды, аксессуары и гаджеты, — рассказывает о создании своего костюма Павел Шелл. — Если ребёнок отдёрнет шубу, то у меня под ней новогодний свитер. Борода вообще почти «приколочена»…

— На клей или с помощью завязок?

— Это секрет. Но, если дёрнуть, то не отойдёт.

— Как давно вы играете роль Деда Мороза, и помните ли вы свой первый выход в этом образе?

— Роль Деда Мороза я играю с девятого класса школы. Дело в том, что моя мама всю жизнь работала в детском саду. И тогда достаточно часто роль Деда Мороза приходилось исполнять самим воспитательницам, женщинам. Но на одном из утренников одна из работниц детсада, та самая, кто должна была облачиться в костюм Дедушки, заболела. И я сказал, что могу выступить вместо неё, тем более, знаю весь сценарий. С этого всё началось, а далее год за годом и уже без костюма сложно представить зиму.

— В детстве многие из нас, а скорее всего все, ожидая прихода Деда Мороза и Снегурочки в детском саду или дома, заранее готовили стишки, песни. Жива ли сегодня эта традиция, и какие стихи читают современные дети?

— Традиция жива, стихи читают о Деде Морозе, про Новый год. Репертуар не поменялся. Но, если раньше ребёнок мог рассказать объёмное стихотворение, то сейчас в основном ограничиваются лишь одним четверостишием.

— Павел, вы не только певец, но и актёр театра. Новогодняя программа идёт по определённому сценарию или есть место импровизации?

— Сама программа «Ёлка» — это тема объёмная. Многие годы я работал в России на крупных представлениях. В декабре, первой половине января артисты, в том числе и я, делали по несколько представлений в день. Это большие залы, сотни ребят. И чем масштабнее представление, тем более жесткий сценарий, вплоть до заранее подготовленной записи всех реплик. Оно в какой-то степени оправдано, ведь Дедушка Мороз должен бодро звучать и 28 декабря, и 5 января. И детей не волнует, какая «Ёлка» у Дедушки сегодня по счету. Конечно, с годами набираешься опыта, когда тебя невозможно застать врасплох. Тогда на менее массовых, частных праздниках находится место импровизации. Главное, принести праздник детям, заставить улыбнуться взрослых.

— Павел, вы многие годы жили и работали в России. Уже более пяти лет являетесь жителем Кохтла-Ярве. Вспомните свой первый Новый год в Эстонии в роли Деда Мороза. Было ли то, что вас удивило? Что было иначе?

— Нет, не было. Детские эмоции — они непредвзятые. Слёзы радости, улыбка, светящиеся от счастья глаза – они во всём мире находят отклик в душах взрослых людей и вне зависимости от их национальности. В декабре хочется всем верить в чудо. И задачей Деда Мороза, Снегурочки, того же Йыулувана является обязательство дать ощущение этого чуда людям

— За годы жизни в Эстонии Йыулувана стал вам ближе?

— В прошлом году я пробовал на себя примерить костюм Рождественского Деда. Но понял, что мне, как и многим проживающим на северо-востоке Эстонии людям, Дедушка Мороз всё-таки ближе. Так я вновь вернулся к сине-серебряному длинному костюму.

— Случается ли так, что ребёнок смотрит на вас с подозрением, и пытаетесь ли вы его убедить, что Дед Мороз настоящий?

— Не без этого. Я работаю в детском саду, где есть ребята и постарше, которым скоро уже идти в школу. Так вот, они знают все мои жесты, походку, манеру общения. Спрятаться от них за костюмом с бородой не выйдет. И вот однажды, войдя в зал на поставленный мною вопрос: «А вы меня ждали? вы меня узнали?», — из середины зала получил ответ: – «Да, Павел, это ты!» Благо в багаже у меня заготовленные рифмы, истории, мифы о Деде Морозе. Они помогают выходить из подобных ситуаций, просто переведя внимание ребёнка.

— Наш ваш взгляд, с какого возраста стоит рассказывать детям правду о добром старичке с бородой?

— Думаю, что не стоит говорить вообще. Дети рано или поздно сами начнут всё понимать.

— Что самое сложное в работе в роли новогоднего героя?

— Ничего сложного. Я всегда получаю удовольствие от этого.

— Как вас встречают родители, ведь все мы понимаем, что вызов Деда Мороза стоит денег?

— Нормально они встречают. Все понимают, что работа есть работа, и моя работа – создать праздник детям.

— С какими чувствами встречали 2022 год?

— Я полон энергии, сил, планов. Живём дальше. Мне хочется, чтобы какие-то грехи остались в году ушедшем. Все мы хотим, чтобы закончилась пандемия, но я ведь взрослый человек и понимаю, что с боем часов в новогоднюю ночь ничего резко не изменилось. Но я могу изменить отношения к этому, принять и научиться жить дальше. Такова реальность. Это не первое испытание, выпавшее на долю человечества. Жить постараюсь с большой любовь к себе и окружающим. Ведь Дед Мороз должен будет прийти и в следующем декабре, — сказал Павел Шелл.

Из Кохтла-Ярве перенесёмся в Йыхви. Здесь своё праздничное путешествие начали артисты известного театра «Туулевески» («Мельница»). У театралов декабрь выдался плотным – представления в разных городах Эстонии, выступления в детских садах, школах, домах культуры… И хотя новогодняя суета – ещё то испытание, но для них в первую очередь это праздник.

София Буланова трудится в местном театре со школьных лет и образ Снегурочки ей хорошо знаком.

— Первый новогодний праздник, когда мне предложили попробовать роль Снегурочки, проходил ещё в здании Театра юного зрителя (ТЮЗ, на месте которого сегодня в Йыхви стоит торговый центр «Tsentraal»). Тогда все актёры был заняты в таких ролях в спектакле, после которых было невозможно оперативно перевоплотиться в Снегурочку. Оставался единственный вариант – я. Тогда мне было 20 лет, и с того момента я каждый год перевоплощаюсь в Снегурочку. Когда я первый раз выходила в новом для себя образе, не было уверенности, что у меня получится, но всё удалось.

— София, а какими качествами должен обладать человек, надевающие наряд Деда Мороза или Снегурочки?

— Они должны быть позитивными, оптимистичными, с чувством юмора и уметь прочувствовать ситуацию, импровизировать. Это не спектакль. Тут нет строгой программы. Нет, конечно, имеется общий план, прописаны детали, но в зависимости от детей, их настроения, возраста, может что-то меняться на ходу. Дети могут задать каверзный вопрос, и человек должен уметь выходить из неудобной ситуации, не теряя улыбки. Малышей часто переполняют эмоции, и они могут дёрнуть за бороду, ущипнуть. Всё это надо воспринимать с улыбкой, ведь они — главные герои праздника, а ты должен быть на волне этого торжества, прожить, прочувствовать этот момент.

— Ваш театр вот уже более четверти века даёт новогодние представления. За эти годы публика изменилась?

— Нет. Дети в восприятии новогодних персонажей совсем не поменялись, они также восторженно ждут прихода Деда Мороза, Снегурочки, также искренне радуются. Единственное, что изменилось, так это предпочтения детей в подарках.

— А если конкретнее? Как отвечали детки на вопрос Дедушки Мороза «что ты хотел бы получить в подарок в Новый год?» раньше, и что желают получить сейчас?

— Раньше в качестве подарков дети хотели видеть детские машинки, кукол, а сейчас можно услышать, даже от маленького ребёнка, — «смартфон» или «планшет». Видно, что желание получить в подарок какую-либо игрушку постепенно уходит, уступая технике, каким-то гаджетам. Но бывают и иные пожелания, которые вызывают умиление. Иногда и современные дети, рассказывая о желаемом подарке, хотят элементарного: «…чтобы мама и папа их любили, чтобы бабушка была здорова и не болела». В целом, дети все те же: они с таким же восторгом общаются с Дедом Морозом, пытаются подержаться за его посох, кто-то старается дёрнуть за бороду.

— Наверняка за годы работы вы для себя вывели определённые правила. Можете ли назвать три своих золотых правила, которые Снегурочка ни в коем случае не может нарушить?

— Первое: ни в какой ситуации не терять улыбки на лице. Всегда надо приходить с улыбаясь и уходить с улыбкой. Второе: не навязывать детям своё виденье праздника. Нужно подстраиваться под детей, их желания, так как праздник этот для них. Третье: нельзя позволять детям скучать. Каждый важный момент торжества, будь то приход Деда Мороза, зажжение ёлочных огней, должны сопровождаться какой-то интригой. Нельзя просто скомандовать «Так дети, встаём, сейчас будем танцевать!» Это должно быть по-театральному обыграно.

— София, вы с таким удовольствием всё рассказываете, что может создаться впечатление, что в этой работе нет минусов, одни лишь плюсы.

— Минусов нет! К примеру, завтра у нас три спектакля, три полноценные игровые программы. Физически тяжело, но это не минус. Ведь ты отдаёшь энергию в зал и получаешь её обратно от детей. В итоге та усталость, которая остаётся, она приятная. Бывает так, что после нескольких, идущих друг за другом представлений, усталость накапливается, но потом, когда вновь видишь радостные лица детей, улыбки на лицах родителей, случается некий «щелчок», и открывается второе дыхание. Приезжаешь 31 декабря домой к 12 ночи, а ты полон энергии.

— Верно ли утверждение, что главным гостем праздника является Дед Мороз, однако основную нагрузку берёт на себя именно Снегурочка?

— Ну, Дед Мороз – он король праздника, а короля играет свита. Конечно, он бегает меньше, но если надо, то и станцует, и поиграет.

— Сегодня у многих детей есть телефоны. Часто ли они обращаются к вам с просьбой сделать «селфи»?

— Конечно! Сейчас это уже норма.

— А есть ли у Снегурочки «Instagram», как её отметить на фотографии?

— Нет, пока она вне социальных сетей. Но идея неплохая, — сказала София Буланова.

Имя Самуэля Голомба в Ида-Вирумаа известно многим. Он журналист, чей голос можно часто услышать в эфире «Радио 4», увидеть в газетах. Шоумен, и тот, кто в течение последних сорока лет радовал детей и взрослых в костюме Йыулувана.

— Много лет назад я работал директором Центра культуры Железнодорожников в Тапа, и в какой-то момент возникла необходимость надеть тот самый костюм. Сейчас костюм Деда Мороза или Йыулувана можно с лёгкостью купить в торговом центре, а тогда они были в наличии лишь в Домах культуры, театрах. Просто так найти костюм было сложно. Мой первый костюм мне пошили на заказ. С этого начались мои рождественские приключения. Я работал в роли Йыулувана в детских садах, школах, на Певческом поле, восемь лет встречал зимние праздники на круизных паромах на линии «Таллинн – Стокгольм». В этом году по причине здоровья, которое осенью пошатнулось из-за коронавируса, наблюдаю за праздниками со стороны. Но мне приятно, что меня не забывают мои бывшие коллеги – Деды Морозы, Йыулувана, Санта-Клаусы. Получаю от них письма, приглашения, но в этом году костюм, увы, не надену.

— Может ли каждый, надев костюм, стать тем самым Йыулувана, Дедом Морозом или Снегурочкой?

— В первую очередь, это актёрская работа и большая ответственность. Ведь тебя приглашают чужие люди в свой дом. Есть четкое понимание того, что роль Деда Мороза не должна превращаться в шута, а значит надо соблюдать рамки – нельзя, даже если очень зовут, опрокинуть рюмку-другую. Ты ведь пришёл к детям!

Вжиться в роль мне помогла поездка в Финляндию, где я встречался с финским Дедом Морозом. Я не сторонник тех деятелей, которые забегают к детям на пять-десять минут, послушают стишок, вручат подарок. Ведь дети ждут прихода сказочного героя, и эту сказку надо им дать. Конечно, были в моей жизни случаи, когда кто-то из бюро Дедов Морозов не выходил на смену, и тогда приходилось побегать, но я делал всё возможное для того, чтобы ребёнок не видел этой спешки. У него праздник. Мне помогали члены семьи, которые серьёзно относились к моей работе. Часто брал с собой своих детей, которые выступали в роли гномиков-помощников. Мы старались делать из каждого визита маленький спектакль.

— Бывает ли такое, что вас уже после праздников узнавали дети, и что вы им отвечали?

— Нет, не узнавали. Тут важно понимать, что дети очень наблюдательны, и они заметят, если в один год к ним придёт один Дед Мороз, а через год – другой. У одного нос наклеен, а другой в гриме. Поэтому в какой-то момент у меня набрался целый список постоянных клиентов, которых я посещал из года в год. И вот этот постоянный образ Деда Мороза, его голос, манеру общения дети узнают.

— Есть ли в вашем костюме какая-либо отличительная особенность, «фишка», увидев которую, можно смело предположить, что это именно вы?

— Конечно. Скажу больше: я вхожу в Общество Дедов Морозов, с членами которого я часто встречался, общался, принимал участие в конференциях и совместных акциях. И, конечно, многие артисты вносят какие-то «фишки» в свои костюмы. Один из костюмов мне сшили по спецзаказу учащиеся Раквереского профтехучилища. У меня была большая красная шуба с белым отворотом, большие перчатки, треугольная шапка. Последний костюм мне подарили родственники из Харькова. Этот костюм в классических цветах – красный, расшитый серебром. Правда, шапку пришлось перешивать, так как она отличалась от тех, что носят Рождественские Дедушки в Эстонии. К шубе были пошиты специальные штаны, а также красные, похожие на «чехлы» для туфель, аксессуары. В комплекте есть и праздничный жакет. Подглядел у финского коллеги один приём: во время прихода в большой зал, я, как и любой нормальный человек, снимаю верхнюю одежду, то есть, вешаю шубу на вешалку. А под шубой у меня праздничные штаны, жакетик, есть рубашка, за основу которой я взял национальную одежду.

— Какой Новый год вам запомнился больше всего и чем?

— Я каждый год открывал для себя что-то новое. И всегда это делал с радостью. Конечно, самые сильные эмоции испытывал при посещении Детских домов, когда общался с детьми с особенностями здоровья. Те эмоции, когда видишь радость в глазах детей со сложной судьбой – их не купишь ни за какие деньги. Когда тебя пытается обнять ребёнок в инвалидном кресле – ты хочешь, чтобы он встретил Новый год с улыбкой. Это не передать словами.

— Чтобы вы хотели пожелать тем, кто решится надеть на себя костюм главного новогоднего героя?

— Повторюсь, надеть костюм Деда Мороза, Йыулувана или любого другого сказочного героя – это ответственность. Пожелаю всем начинающим артистам оставаться ответственными людьми, работать с улыбкой и не превращать эту работу в шутовство. Пусть новоиспечённые Деды Морозы, Санта-Клаусы не забывают о взрослых, и, беря приглашение, просили бы подготовить, пусть и символическую шоколадку, но пусть она будет для мамы, папы, дедушки и бабушки. Ребёнку важно показать, что его родители тоже достойны подарка, а, значит, в течение года вели себя хорошо, — сказал Самуэль Голомб.

Беседовал Илья Тельнов
Фото из частного архива

Подписывайтесь на наш Telegram-канал и следите за новостями Ида-Вирумаа